Истерия и истерическое расстройство личности

Материал из Энциклопедия системно-векторной психологии
Перейти к: навигация, поиск
Isteriya 1.jpg

Истерия – особое состояние зрительного вектора, при котором человек, контактируя с другими людьми, не способен испытывать от контакта положительных эмоций, не являя демонстративного и во многом провокативного поведения по отношению к ним. Более того, без ярко выраженной театральности поведения и наигранности эмоций человек среди других людей испытывает сильную, беспричинную тревогу или страх.

Это бессознательное и тяжелое состояние, с которым психика человека может справиться естественным для зрительного вектора действием – временной трансформацией страха в иное, более приемлемое для него внутреннее состояние через искусственную раскачку эмоций внутри себя. Поскольку в компании других людей зрительному истерику всегда страшно и тревожно, он постоянно манерно себя ведет. Это неестественные эмоции, т. е. они не возникают как реакция на поведение или проявление себя другими людьми, а возникают как реакция замещения собственного внутреннего страха на другую эмоцию. Другие люди в этой ситуации оказываются собственно катализатором этой эмоциональной трансформации, в другом виде истерика они волнуют крайне мало. Манерное поведение позволяет истерику чувствовать себя в безопасности в кругу людей.

Истерия бывает разной степени тяжести и выраженности, однако, понимая ее причины и проявления, ее несложно пронаблюдать, в том числе и в людях без официального диагноза (истерическое расстройство личности классифицируется как болезнь в международной классификации болезней).

Характерные проявления истеричного поведения нередко можно наблюдать в подростковых группах кожно-зрительных девочек, которые, например, публично громко комментируют и высмеивают людей вокруг себя в публичных местах, делая все, чтобы окружающие это услышали. Это также видно, когда они просто общаются друг с другом. Бесконечное гримасничанье, наигранный тон, постоянный «выпендреж», шутки и громкий смех – это база их общения в группе. Привлечение внимания к себе усиливает их эмоциональное возбуждение, а для зрительного человека эмоции – это жизнь.

Если истеричная личность контактирует с человеком, который не может представлять для него опасности, например, с близким человеком, то этот близкий человек эмоционально используется как рычаг для создания внутри себя более концентрированного и обильного потока эмоций и чувств, который на этого близкого человека и изливается. Например, любая сложность в жизни может быть эмоционально раздута до невообразимых размеров и с большой жалостью к себе пережита внутри. После чего эта сложность вербализуется, например, как гигантская личностная трагедия, пронизывающая судьбу истерика вдоль и поперек. Человек может говорить долго, погружая слушающего в эмоциональный слепок самого себя, навязывая ему это состояние. Причем эмоциональный поток прекращается, когда внутренняя эмоциональная нехватка наконец утолена. Тема разговора просто естественно иссякает, как только человек наконец чувствует что выговорился, вкусил достаточное количество эмоций и на душе его полегчало. В одиночку, наедине с самим собой пережить такое облегчение невозможно, потому что не с кем создать такого рода истеричную эмоциональную связь.

Раскачивание эмоций происходит обыкновенно по принципу создания вокруг себя своеобразной эмоциональной среды, пространства, в которое можно неограниченно и без какой-либо цензуры сливать неизрасходованную внутреннюю энергию зрительного вектора. Однако просто так сливать в это пространство эту энергию невозможно, да и само это пространство можно создать только вместе с другим человеком, который эмоционально реагирует в ответ («ведется» на истерическую подачу). Внутри этого пространства человек полностью переводит внимание на себя, требуя эмоционального респонса на свои излияния.


Содержание

Зрительный вектор

Зрительник – это человек, способный ярчайшим образом переживать все известные человечеству эмоции. Ярчайшие из них – это парализующий страх смерти и, в противоположность ему, сильнейшее и затмевающее любые другие эмоции чувство любви к другому человеку. Люди без зрительного вектора ничего подобного не испытывают. Даже страх смерти, который есть у любого человека перед лицом опасности или угрозы, по интенсивности переживания не идет ни в какое сравнение с тем, как боится за себя зрительник.

Существует расхожее мнение, что ребенок – это чистый лист бумаги, пластилин, из которого можно лепить все что угодно. Во многом это так, однако важно подчеркнуть, что человек рождается с определенным набором врожденных психических свойств, которые неизменны и по мере своего развития или, наоборот, по причине задержки этого развития будут формировать ту или иную личность.

Каждый человек рождается с определенным набором векторов, определяющих его видовую роль в социуме. Всего этих ролей восемь. Восемь видовых ролей составляют целостность, позволяющую социальной форме жизни под названием человек выживать, удовлетворять свои потребности и устремления и сохранять себя. В одиночку человек никогда не выживал, выживали люди группами. Психическая конституция человека, его мировосприятие, тип мышления, скорость его реакций, его ценности, его интеллект, тип сексуальности, желание к жизни – все эти характеристики в разных векторах абсолютно разные. Причем отличия эти настолько велики, что люди разных векторов чувственно не понимают друг друга.

Например, люди без зрительного вектора не способны по-настоящему видеть красоту и наслаждаться ею. Для этого нужен особо чувствительный зрительный анализатор (зрительная эрогенная зона) и соответствующее этому анализатору устройство ответственных за зрительное восприятие частей головного мозга. Зрительник стремится видеть новое, его душа радуется от игры цветов и красок. В потенциале это люди, умеющие гениально рисовать и сочетать краски. Однако есть и другой тип живописи, например, абстракционизм. Люди без звукового вектора не способны понимать и наслаждаться глубиной работ художников-абстракционистов. Без звукового вектора человек не способен насладиться всей глубиной и непередаваемым смыслом, который может нести музыка. Для современного звуковика этот контраст можно наблюдать через вполне определенную аудиторию слушателей электронной музыки разных направлений, тяжелой рок-музыки и других «андерграундных» направлений.



Истерия - причины и проявления

Причиной истерии является неразвитость зрительного вектора. Это проявление неудержимого устремления реализовать свой эмоциональный потенциал путем «инфантильного артистизма», наигранности, направленной исключительно на сжигание своих нереализованных и нерастраченных эмоций. Корнем этого явления является ощущение врожденного, сильнейшего страха смерти, который, будучи сильной эмоцией, дает начало другим, более сложным внутренним переживаниям. Однако, не пройдя главной трансформации – в сублимированный навык создания эмоциональных связей, суть которых ощущение сопереживания другим людям – основным посылом зрительного человека является борьба со своим внутренним страхом и устремление к зрительной разрядке эмоций.

Что такое зрительные эмоции? Это реакция зрительной психики на внешний мир, ощущение (эффект) от того или иного вида наполнения желания зрительного вектора. А зрительное желание, как и любое другое психическое желание, реализуется, т. е. способно наполнить себя, создавая определенный (полезный, точный) вид связи с другими людьми. В случае зрительного вектора это создание эмоциональных связей, искреннее сопереживание людям, эмоциональное включение другого человека в себя. Когда эта эмоциональная связь точная, искренняя, нацеленная на благо другого человека, то и эффект от этой эмоции воспринимается как внутренняя приязнь и чувственное вознаграждение. Когда связь истерическая, т. е. нацеленная на себя и на облегчение своего состояния – то и эффект, приходящий после такой эмоции, имеет обратный знак. От нее наступает внутреннее эмоциональное опустошение. И другой человек от такой связи ничего, кроме неприятных ощущений, также не получает.

Изначальная, исходная, архетипичная эмоция, с которой рождается человек со зрительным вектором – это страх смерти. Зрительный человек – это особое существо, единственный «не зверь» среди людей. Обыкновенно зрительник – чувственный, мягкий, добрый, жалостливый, не способный к убийству всего живого, ратующий за спасение и сохранение любой жизни во что бы то ни стало. Зрительник не способен за себя постоять, слабый физически и здоровьем, не способный применять силу или нанести физический вред другим. Зрительник – это всегда первая жертва серьезных жизненных трудностей и лишений. Развитый зрительный человек жертвенен, неразвитый – жертва, склонный к виктимности.

Зрительный вектор – это антимера, антисекс и антиубийство, психическое натяжение, противоположное основному «коридору» жизни, покоящемуся на двух столпах – секс и убийство (рождение и смерть, продолжение рода и добыча пищи). Жизнь требует разрушения целостности того, что окружает человека, ради добычи пищи, ради сохранения необходимой температуры тела, ради выживания будучи звеном пищевой цепи. Чтобы выжить человеческому виду, необходимо продолжить себя во времени, размножиться.

Зрительник не способен в нормальном, животном смысле слова жить как все остальные особи в стае. Кожно-зрительный мужчина не способен убить, а кожно-зрительная женщина не способна родить. Первыми носителями зрительного вектора были именно люди с кожным вектором снизу. Кожное либидо самое адаптивное, самое психически сбалансированное относительно взаимодействия с внешней средой. Поэтому новая для человеческой природы психическая реальность, новое восприятие мира – зрительное – формировалось именно на базе кожного либидо. Не способный к убийству кожно-зрительный самец не мог сам сохранить себя. На заре человечества, в первобытной стае, зрительные мужчины вообще не выживали, в первую очередь, по причине физической слабости и непригодности к охоте и войне. В то время и на том уровне развития человечества кожно-зрительные самцы были нежизнеспособными особями стаи, не могли приносить пользы. Не существовало также культуры и цивилизации, в лоне которых человек бы выживал просто потому, что он человек и имеет право на жизнь.

Выживала только кожно-зрительная самка, единственная нерожающая по природе своей женщина и потому имеющая видовую роль – сопровождение мужчин стаи на охоте и войне. Остальные женщины в первобытном сообществе были заняты в первую очередь рождением потомства и заботой о нем. Сопровождение мужчин на охоте и войне означало несколько вещей одновременно – видовая роль дневной охранницы стаи, острый зрительный глаз был способен увидеть опасность вовремя (например, хищного или опасного зверя, врага). К тому же неспособность родить не подводит ее под обязательную природную черту моногамной сексуальности, ее никто не выбирает себе в спутницы жизни, как женщину для создания семьи. От нее исходит совершенно иной феромонный фон. Это самка, чья сексуальность от природы не ограничена (она ведь не рожает). Это самка соблазняющая и флиртующая, вступающая в сексуальные отношения ради сохранения себя, получения пищи и чувства защищенности и безопасности от мужчины. Сексуальность кожно-зрительной женщины – это отдельная большая тема, однако достаточно будет отметить, что секс, как чувственный акт соития в человеческой природе, а не как акт спаривания ради продолжения рода – это следствие особенной чувственности и эмоциональности кожно-зрительной самки. На протяжении тысячелетий кожно-зрительные женщины давали мужчинам почувствовать гораздо более живительные и сильные чувства от акта соития с ними, нежели с любой другой женщиной. К тому же кожно-зрительная самка больше кого бы то ни было нуждается в чувстве защищенности и безопасности (страх смерти – корень зрительного вектора) и способна природно получить его от мужчины, с которым вступает в сексуальную связь. А мужчина, который с ней, готов с удовольствием ей предоставить все, что ей необходимо. Такова первобытная, архетипичная программа кожно-зрительной самки.


Страх

Isteriya 2.jpg

До пубертата зрительный страх внутренне не ощущается и не осознается ребенком как невозможность жить среди людей, как панический страх людей, а скорее воспринимается как определенный эмоционально-чувственный фон, застенчивость. Ведь время до пубертата дано человеку, чтобы развить свои векторальные свойства, что для зрения значит развить способность строить эмоциональные связи с другими людьми, сопереживать и получать при этом удовлетворение. Если этого не происходит или происходит в недостаточной мере, то большая доля страха остается с человеком и после прохождения пубертата становится реальным страхом, т. е. тем, от чего страдает сегодня огромное количество зрительных людей по всему миру. Нередко вместе с этим беспричинным страхом у человека есть и набор страхов вполне конкретных: страх высоты, змей, людей, крови, полетов и т. п.

В корне страха смерти у зрительной женщины – страх быть съеденной хищником. Высматривать хищников и естественно пугаться при их виде, предупреждая воплем своего испуга стаю, было видовой ролью кожно-зрительной самки.

В корне страха смерти у зрительного мужчины – страх быть съеденным оральным каннибалом стаи. Ведь именно оральник – это человек с особым непреодолимым стремлением испытывать новые вкусовые ощущения. Пик этого желания, стремления – желание насладиться вкусом человеческой плоти. Подобно тому как человек, как явление, начинается с ощущения неприязни к ближнему из-за ощущения невозможности его съесть (запрета на каннибализм), так в оральном векторе желание съесть ближнего выражено особым образом. Особенным образом это желание направлено на самое сладкое что есть в роде человеческом – на кожно-зрительного мальчика. Он даже на вид «сладкий», красивый мальчик. Каннибалистические устремления человека и в том числе оральника были табуированы с самого начала появления человека, т. е. человеческого сознания. Однако практиковался ритуальный каннибализм, ослаблявший копившуюся коллективную внутреннюю неприязнь стаи, вызванную первичными запретами на секс и убийство (запрет на получение вызывает естественную неприязнь). В жертву приносили именно нежизнеспособного кожно-зрительного мальчика, приносившего таким образом косвенно, своим телом, пользу стае, ослабляя внутригрупповую неприязнь, напряжение.

Боязнь других людей в зрении, особенно у мужчин, исходит из того, что зрительник не способен исполнять свою видовую роль – выстраивать эмоциональные связи с другими людьми, и именно по этой причине оральник реагирует на него словесно вполне определенным образом – оговором. Для оральника это происходит бессознательно, он не думает, а говорит, реагирует на происходящее говорением. А сказав, осознает, что из себя выдал. Именно через оговор происходит публичное нивелирование социального статуса. Оральник проговаривает смыслы из бессознательного, а бессознательное является гарантом сохранения социальной формы жизни, всей стаи. В бессознательном – все загадки нашей психической природы.

Интересно отметить, что проявления истеричного поведения наблюдались и в древние времена. Например, еще Платон описывал истерическое поведение у женщин, причиной которого считалось «бешенство» матки. Он описывает «бешенство», в которое впадает матка женщины, не имея возможности зачать. Сразу бросается в глаза параллель с вышеописанной природой нерожающей кожно-зрительной женщины.


Поведение истерика

Человек – это социальная форма жизни. То есть вне социума человека не может быть по определению. Может вырасти некое живое вещество, но человеком оно не станет. Человеку нужен человек. Зрительному истерику тоже нужен человек, чтобы его истерика получилась. А без другого человека есть только стремление к истерике. Истерик ищет, где бы и с кем бы ему эту истерику устроить. На этом строится весь принцип общения с людьми. И естественным образом люди, способные поддержать истерику, ему бессознательно более приятны. Этим по большому счету ограничен весь интерес к общению.

Истерия – это форма получения удовлетворения в зрительном векторе. Поэтому без истерик такой человек не самодостаточен, он не может иначе общаться, не ощущает вкуса жизни. Хотя само по себе ощущение страха уже является эмоцией, но для истерика одной этой эмоции мало. Ему нужно вынести ее наружу, поделиться ею. Сам принцип развития заложен в том, чтобы человек выносил свои свойства и их проявление наружу, с пользой для социального пространства, частью которого является. Однако в случае зрительного вектора для этого необходимо развитие чувств сопереживания другим людям, в особенности сопереживания их горю, сложностям, несчастьям. Зрительный человек, не научившийся сопереживать в детстве, а наоборот, вкусивший эмоции сильного страха, например, через пугающие истории, часто с каннибалистическими мотивами, от взрослых или просто лишенный чувства защищенности и безопасности, которое должен получать от родителей, застревает в своем страхе.

Таким образом он не научается сопереживать состояниям других людей, не научается концентрироваться на эмоциональных состояниях других людей. Просто-напросто ему это не приносит удовольствие, ему по факту не интересны другие люди, их внутренний мир. Это не значит, что зрительный человек не любопытен. Это значит, что ему слишком сложно эмоционально участвовать в жизни других людей. Он эмоционально застрял исключительно внутри собственных ощущений и всецело на них сосредоточен.

И когда ему необходимо реализовать накопленные, неизрасходованные эмоции, он ищет себе жертву. Ведь зрительная истерика – это игра в одни ворота. Это внутреннее напряжение, которое невозможно трансформировать в нормальную, здоровую эмоциональную связь. При этом он даже не отдает себе отчет, на что, с точки зрения ощущений другого человека, он замахивается своими действиями. Удавшаяся истерика с близким человеком, которому можно рассказать про себя все – это своего рода эмоционально-психическое отравление собеседника, введение его в состояние, подобное своему собственному.

Нравится